Глава 3.

Есть достопримечательности, про которые редко пишут в путеводителях. В хорватский Ровинь туристы едут на море, а не в прекрасный орнитологический заповедник, расположенный там, а итальянская Лигурия знаменита своими песчаными пляжами, а не удивительной красоты горной рекой Рио Барбайра, которая, впрочем, даже не обозначена на гугл-карте. В Нидерланды едут за мельницами, тюльпанами и травой во всех её проявлениях, но мало кто поедет сюда ради моря, а тем более ради того моря, для которого даже не существует названия в родном языке путешествующего.

Северное и Балтийское моря — это те части Атлантического океана у северных берегов Европы, которые обозначает для нас русская традиционная география. Но местные жители знают, что есть и ещё одно море — Ваттовое, которое хоть и является частью Северного, но довольно явно отделено от него грядой островов. Впрочем, острова эти не так просты; не так просто и само Ваттовое море.

Ото всех прочих морей отличается оно протяжённостью приливной полосы. Во время отлива несколько километров побережья вглубь моря осушаются, и до близлежащих островов можно дойти пешком, если иметь с собой хорошие болотные сапоги и расписание приливов, чтобы не накрыло посреди пути; в немецкой части побережья жители островов ездят во время отливов на материк на конных повозках.

Ваттовое море было моей главной целью при посещении Нидерландов и моим единственным оправданием тому, что мы не успели посмотреть на него, когда колесили по Германии; второго такого промаха я бы себе не простил, а потому мы сверились с календарём приливов и поехали с утра пораньше на север, чтобы успеть застать ватты в период отлива.

Кончились автобаны, кончились шоссе, и вот мы едем узкими просёлочными дорогами вдоль побережья. Просёлочные дороги хоть и узки, но могли бы многому научить российских дорожных строителей; когда у нас научатся так прокладывать дороги между деревнями — я поверю, что жизнь в России налаживается. Ни одной выбоины, ни одного резкого перепада высот — ровное покрытие, состав которого я даже затрудняюсь определить, это не похоже ни на асфальт, ни на грейдер, но по этому покрытию на удивление комфортно ехать.

1.

2.

Всё побережье отгорожено от расположенных вдоль дороги населённых пунктов высоким земляным валом. С морем не шутят, и если вдруг прилив вздумает поднять уровень воды на пару метров выше чем обычно — без этих валов деревеньки могло бы затопить на много километров вглубь континента. Километры валов засажены километрами травы, на которой пасутся километры овец, и всё это являет собой радующую глаз деревенскую пастораль, однако же пастбища отгорожены заборами и пройти к берегу нет никакой возможности.

3.

4.

5.

6.

7.

Мы останавливаемся, чтобы изучить обстановку, и тут же к нам подъезжает голландец на велосипеде. Это был первый и последний голландец за время нашего путешествия, который плохо говорил по-английски, но, тем не менее, он смог объяснить нам на смеси немецкого с голландским, что нам надо проехать ещё около километра, и там будет самое оно. Мы так и делаем, и выезжаем на отличную обзорную площадку в деревне Вирум, где мы, наконец, можем пересечь земляной вал и спуститься к берегу.

8.

9.

Обнажённое морское дно — удивительное и захватывающее дух зрелище. Только пару часов назад здесь было настоящее море, огромные массы воды, и о берег бились волны; а сейчас — только лужи среди песчаных неровностей и ила. Это — уникальная экосистема, в которой обитает множество форм жизни, характерных только для таких мест, которых на Земле очень немного. Вдалеке виднеются острова, и до них действительно можно дойти пешком — ну, если не принимать во внимание тот факт, что закон Нидерландов запрещает прогулки по дну Ваттового моря без экскурсовода

10.

11.

12.

13.

14.

15.

16.

17.

Жаль, что мы не могли позволить себе провести здесь несколько часов и дождаться прилива, посмотреть на то, как вода наступает на берег и снова заполняет пустоту. Всему своё время; с годами мы станем старше, мудрее и спокойнее, и сможем позволить себе сесть на берегу, закурить трубку и насладиться этим зрелищем. А сейчас мы должны были ехать в другие интересные места, вглубь континента, снова по деревенским дорожкам, потом по шоссе, потом по автобанам; но Ваттовое море навсегда останется с нами, и, я уверен, заставит к себе вернуться.

18.

19.

20.

Мы направлялись в деревню Гитхорн — один из самых знаменитых населённых пунктов Нидерландов; эту деревню называют Северной Венецией, потому что традиционный транспорт её жителей — водный, а не наземный. Но, в отличие от итальянской Венеции, где в большом почёте дизельные двигатели, жители Гитхорна заботятся об экологии и передвигаются по многочисленным каналам на лодках с электрическими моторами.

21.

22.

23.

Гитхорн — это место, которое не может существовать. Здесь слишком уютно, слишком комфортно и слишком спокойно. Такие деревни бывают только в сказках про добрых гномов, однако местные жители вполне себе нормального роста, а если на наш среднерусский вкус — то и слегка высоковаты, прямо скажем.

24.

25.

26.

27.

28.

29.

30.

Все дома выдержаны в едином архитектурном стиле, отражающем историческую действительность, а их крыши покрыты соломой — опять же, в угоду традиции. В исторической части деревни есть узкая тропинка, доступная пешеходам и велосипедистам, но на автомобиле там нельзя проехать совсем — только лодки, только хардкор. Мы ходили по этой, надо сказать, не очень короткой тропинке раза три, прежде чем решились взять в аренду лодку, конечно же, с электромотором. Хозяин лодочной станции, представлявшей собой несколько лодок, пришвартованных у берега, на который выходили двери его дома, дал нам бумажную карту маршрутов, показал, как управлять этим чудом и отпустил в свободное плавание.

31.

32.

33.

34.

35.

Не люблю реверсивное управление. Чтобы повернуть лодку направо, надо крутить мотор налево, а учитывая, что это надо делать глядя вперёд, рукой, которая протянута назад... Но это ничуть не омрачило нашу часовую поездку по каналам. Чем дальше мы плыли, тем больше мы хотели жить в этом месте; а кто бы не мечтал жить в самой настоящей сказке? Тем более, 3G там ловит, я проверил. Всё это очень и очень напоминало мне макет железной дороги — аккуратные домики, улыбающиеся люди, тишина, цветы во дворах за аккуратными заборчиками высотой в полметра — не было разве что самой железной дороги и масштаб был 1:1. Правда, как выяснилось, не мы одни хотели там жить, я потом посмотрел цены на недвижимость — приличный дом в Гитхорне переваливает за полмиллиона евро. Но, честное слово, если бы у меня было полмиллиона евро и выбор стоял между Гитхорном и коттеджем в «элитном» посёлке на Новой Риге... Ну, вы поняли, я надеюсь.

36.

37.

38.

39.

40.

А в завершение этого откровенного издевательства над жителями загазованного примегаполисья, нас накормили в местном ресторане удивительно вкусным обедом на свежем воздухе. Причём мы предусмотрительно заказали одну порцию на двоих и не ошиблись — наелись оба; две мы бы не осилили. Повышенные габариты среднего голландца сказываются и на размере желудка, надо полагать, и потому порции у них — как в Германии, голодным не уйдёшь не только ты сам, но и всё семейство, и ещё два залётных котэ.

41.

42.

Когда мы вернулись в Амстердам, солнце уже скатилось за горизонт. Мы проехали за этот день немалое расстояние — особенно по голландским меркам, и порядком устали; а во сне мы вернулись в Гитхорн — сказочный городок, в который, смею надеяться, наши просветлённые души поселят после второй реинкарнации, и где мы будем жить долго и счастливо — возможно, в качестве местных котов, сытых, обласканных и беззаботных.

А пока колесо кармы ещё не совершило свой оборот, и нам предстояло очередное погружение в голландскую культуру в качестве туристов — и на сей раз это погружение было, пожалуй, даже слишком туристическим; не не будем торопить события, о которых я расскажу в следующий раз.

43.